В утренний час бытия, когда еще чувство восторгов,

Чувство страданий живых тихо дремало во мне, -

Ум, погруженный во мрак, не снимал с Природы покрова,

С детской улыбкой еще я на вселенну глядел.

Но и тогда волшебною силой задумчивый месяц

Неизъяснимой красой взоры мои привлекал:

Часто я, вечор сиди пред окном, исчезал в океане

Неизмеримых небес, в бездне миров утопал.

Игры, бывало, покину: над ропотом вод тихоструйных

Сладкой исполнен тоски, в даль уношуся мечтой, -

Тайна сам для себя, беспечный младенец, я слезы

(Их я причины не знал), слезы священные лил;

В полночь немую на мирном одре предчувствовал вечность;

При колыханья лесов сладостным хладом объят,

Рано я слушать любил унылую жалобу бури.

Шорох падущих листов трепет во мне разливал;

Слышу, казалося, в воздухе голос знакомый, - безмолвен,

Слух устремляю в даль, - всюду молчанье, но даль

В тайной беседе со мной. - О сонмы светил неисчетных!

К вам улетал я душой, к вам я и нынче лечу:

Или над вами отчизна моя? над вами с родною

Чистой душой съединен, к богу любви вознесусь?

 

Царское Село