Ночь

Корабль наш рассекал стекло морских равнин,

И сеял искрами бездонный мрак пучин.

Уж месяц пламенел, вздымался пар душистый,

И сноп серебряный дрожал в лазури чистой

Дремотных волн, и звёзд лелеяла краса

И волны, и эфир, и мрак, и небеса.

На палубе сидел, накинув плащ широкий,

Влюблённый юноша, красивый, черноокий;

Он думой тайною в родимый край летал,

Где брак с прекрасною счастливца ожидал.

Гитары трепетной со звонкими струна́ми

Сливал он песнь любви наш, тихими волнами;

Он пел, воспламенён девичьей красотой,

И встречу первую с невестой молодой,

И взгляды робкие, и лепет торопливый,

И буйный пламень свой, и жар её стыдливый,

И грудь лилейную, и шёлк её кудрей,

И алые уста, и томный блеск очей.

Он пел, — а сердце в нём от неги замирало,

Одной невестою, одною ей дышало.

И мнилось: для неё, для их святой любви

Часы полночные так сладостно текли,

Для них вкруг корабля вздымался пар душистый,

И сноп серебряный дрожал в лазури чистой

Дремотных волн, и звёзд лелеяла краса

И волны, и эфир, и мрак, и небеса.